Андрей Ланьков: Южная Корея после экономического чуда

К концу 1980-х поколение, для которого яйцо на завтрак было роскошью, уступило место молодёжи, считавшей благополучие нормой и требовавшей свободы. Военные ушли в 1987 году. Олимпиада 1988 года в Сеуле стала витриной нового государства. 

Южнокорейская демократия работает, но с местным колоритом. Две партии вечно переименовываются (с 2000 года правая сменила пять названий), но лидеры и программы остаются. Левые — националисты с мягким отношением к Пхеньяну и нелюбовью к Японии. Правые — проамериканские сторонники рынка. Быть президентом опасно: из 14 послевоенных президентов пятеро сели в тюрьму, один покончил с собой, один был убит, один был свергнут и бежал из страны. 

Однако экономика по-прежнему растёт: подушевой ВВП вышел на средний европейский уровень, страна — мировой лидер в судостроении, автопроме, электронике. Но впереди проблемы, которые пока не решает никто. Коэффициент рождаемости упал до 0,7-0,8 — мировой антирекорд. К 2067 году на сто работающих будет 120 пожилых. Страна нуждается в мигрантах, но общество к ним не готово. Северная Корея с её ракетами снова воспринимается как угроза, а интерес к объединению угасает: платить за восстановление Севера никто не хочет.